asja_nikova (asja_nikova) wrote in bookchallengeru,
asja_nikova
asja_nikova
bookchallengeru

Categories:

О Гренландии. П. Хег и П. Фрейхен

Продолжаю свою скандинавско-именной челлендж. У меня сложился еще один дуэт (первый  это "Госпожа Бовари" Флобера" и "Попугай Флобера" Барнса), совершенно случайно так вышло, единственное, о чем сожалею, нужно было читать в обратном порядке - сначала "Смиллу", потом "Зверобоев".
Питер Хёг «Фрекен Смилла и ее чувство снега»
22. Герой живее всех живых
           [Отзыв]Смилла, 37 лет. Папа – датчанин, богатый, известный врач. Мама – инуитка, пропала без вести во время охоты. В итоге Смилла выросла в Дании, но корней своих не забыла и папу не простила. Смилла – гляциолог, она знает все o снеге и льде. Единственная ее привязанность – маленький мальчик-сосед, Исайя. Маленький эскимос. И вдруг он погибает, свалившись с крыши. Он – ребенок, который страшно боялся высоты и с трудом поднимался по лестнице на второй этаж. Смилла начинает расследование (в духе «Кода да Винчи», ага). Тут и папа пригодился, с которым Смилла даже не считает нужным разговаривать, лишь берет деньги на прожитье, и папины связи. И даже роман приключился, правда, сомнительного качества.  Еще случился Страшный Заговор, поездка в Гренландию с толпой преступников, неоднократные попытки угомонить и прикопать (притопить) чересчур активную даму.
           Как детектив мне эта история не зашла, во-первых, элементарно «не верю», Смилла – ну прямо непотопляемый Терминатор. Во-вторых, история уже устарела, все-таки она была написана в 1992 году.
           Но как книга из серии «Их нравы» (я такое люблю, да!) - очень даже. Мне всегда было интересно, как чувствуют себя люди-полукровки, скажем так, особенно, когда смешивается две такие разные крови-культуры, как европейская и инуитская.
(Мой муж – тоже полукровка, мама – русская, папа – армянин, и я поначалу тоже пытала его на счет его самоидентификации. Я и сама далеко не чистокровная русская и даже не славянка, но и за смеси самых разных кровей я не пытаюсь искать свою этническую идентичность, для себя – я россиянка).
           Смилла то одевается как европейка, то вдруг показывает дикую и вольную сторону своей натуры. Внутри себя она больше всего гренландка, но при этом она не хочет  и не может отказаться от того, что «нанесла» на нее жизнь в Дании.
[цитата]Я имею обыкновение говорить себе, что свою культурную принадлежность я утратила навсегда. И когда я повторю это себе достаточно много раз, я вдруг просыпаюсь, как сейчас утром, с четким осознанием себя самой. Смилла Ясперсен — изнеженная гренландка.


Петер Фрейхен «Зверобои залива Мелвилла»
44. Действие происходит в экзотической стране
[Об авторе]Петер Фрейхен (1886-1957) – уникальная личность – путешественник, антрополог, журналист, актер, писатель, да и просто красавчик. Женат, кстати, был трижды. Первая и, наверное, самая известная жена – это инуитка Наравана Мекупалук. От нее у Фрейхена было двое детей, а их внук,  Питер Иттинуар (англ. Peter Ittinuar) - канадский политик, первый член парламента Канады инуитского происхождения (1979-1984 годы). Считается одним из основателей Канадской конфедерации.
[Отзыв]Собственно, книга «Зверобои залива Мелвилла» рассказывает об одном  из эпизодов жизни Петера Фрейхена в Гренландии. Однажды у их поселения появляются пятеро китобоев, отставших от судна. Инуиты считают своим долгом помочь им и собирают экспедицию по доставке «потеряшек» к заливу, где их может ожидать судно. Вся книга – рассказ об этом путешествии, постепенно открывающий красоты Гренландии, нравы и обычаи инуитов. Некоторые эпизоды способны шокировать – например, поедание тюленей, нарвалов и медведей. Сырыми, свежепойманными. Впрочем, хвост нарвала ценится, когда он уже слегка протух. Тогда его жир имеет приятную текстуру и ореховый привкус. Автор спокойно описывает o том, как его спутники едят губы или глаза тюленей, или потрошат «закладку» яиц, которые насобирал Петер или Пита, как называют его эскимосы, как запас на зиму. Яйца, естественно, замерзли и едят их как желе. Вообще, птиц и морских обитателей истребляют нещадно, и во время чтения (ну у меня же есть зачатки экологического воспитания!) я переживала за сохранность гренландской фауны. Но в «Смилле» есть чудесный пассаж по этому поводу:
[Цитата. Из П. Хега]«Позже она как-то пыталась объяснить мне, как в каком-нибудь свободном ото льда месте может собраться три тысячи нарвалов и как это место кипит жизнью. А через месяц лед запирает их там, и они все замерзают насмерть. Она рассказывала, как в мае и июне утес становится черным от люриков — так их много. Проходит месяц — и полмиллиона птиц гибнет от голода. Она по-своему пыталась объяснить мне, что за жизнью арктических животных всегда скрывались экстремальные флуктуации популяций. И при таких изменениях то, что мы забираем, значит меньше, чем ничто».


Еще из «прекрасного». Стариков у эскимосов никто не уважает, их лишь терпят. При этом старики совершенно бесполезны, ведь они не могут охотиться, а вот старух даже берут в семьи. Ведь они беззубые, а значит, будут хорошо выжевывать птичьи шкурки, из которых сошьют рубашки детям. И при этом – их не надо кормить, ведь на шкурках остаются кусочки мяса и жира…
В целом книжка очень интересная, познавательная, тут тебе и традиции инуитов, и жизненный уклад, и их встречи с белыми, и описания охоты на моржа, нарвала или даже кита. На страницах появляются и известные люди – например, путешественники Расмуссен и Пири (в воспоминаниях эскимосов, сопровождавших их экспедиции).

Автор наслаждается своей жизнью у эскимосов, его уважают, жена любит, образ жизни достаточно простой. Но за всем этим стоит один простой факт: вся жизнь Фрейхена в Гренландии - это эскапизм, побег от сложностей жизни "в цивилизованном обществе".


Пара цитат дуэтом:

Время военного присутствия, прямого насилия цивилизации в Арктике уходит. Для прогресса это уже более не является необходимостью. Теперь вполне достаточно либерального призыва к алчности во всех ее проявлениях.

Питер Хёг Смилла и ее чувство снега

Питa, ты один из нас, - повторил Самик, - мы много лет знаем тебя как своего земляка. Питa научился вести себя как люди, и поэтому он говорит на языке людей. Другие белые приходят как друзья, и люди встречают их как друзей, но все же белые устроены не так, как мы. Иногда их обуревает странная жадность к ненужным вещам. У них мысли, непонятные людям; часто они проявляют мало достоинства в своем поведении и мало разума в своих действиях.
Петер Фрейхен Зверобои залива Мелвилла

Tags: 22(2019), 44(2019), Фрейхен П., Хёг П.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments