Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

ЧЕЛЕНДЖ 2020

Доброе утро, дорогие участники!
Я не знаю, сколько еще осталось живых участников игры, не знаю, много ли будет желающих на следующий год, но по заявкам трудящихся у меня готов новый челендж на следующий год: ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ.
Список на картинке, а подробности игры как обычно под катом :)



Collapse )

Сибирь дореволюционная

Михаил Щукин  «Ямщина»

Сибирский колорит, погружение в атмосферу величественного края, диалектные словечки, детальное описание простого быта и нравов, народные поверья и даже налёт мистического, необъяснимого – в книге  Михаила Щукина «Ямщина».

Связующий сюжет  удерживает внимание, заставляя следить за жизненными коллизиями  главных и второстепенных персонажей.

Характеры колоритны, подчас противоречивы и не идеальны. Даже те герои, что играют эпизодические роли, обладают яркими чертами и врезаются в память.

Жизнь купечества, ямской промысел, разбойники и каторжане, обычные люди Огневой  Заимки предстают перед читателем, увлекая интересными характерами и судьбами.

Повествование монолитно, неспешно, вместе с тем, оно соткано из отдельных историй, мастерски вплетённых сюжетными линиями в канву произведения.

Купец Дюжев и его личная трагедия, наложившая отпечаток на всю жизнь.

Прибывший в Сибирь Роман с дочкой Феклушей. Её первая горькая любовь и дальнейшая непростая, но по-своему счастливая  судьба.

Семейство Зулиных с его  укладом,  непререкаемым авторитетом Устиньи Климовны.  Непосмевший перечить родительской воле Митенька. Его увечье, нанесённое медведем-шатуном. И проявившееся в силу этого  умение  предвидеть, которое  наваливается ночными кошмарами. И только читателю ведомо, что увиденные сцены не бред малахольного, а недалёкое кровавое будущее  пока ещё царской России.

Поручик  Щербатов. И его  путь, связанный с каторгой и освобождением.  Люди, несущие государственную службу, и члены террористической организации. Интриги и  карьеризм, тайные задания, жертвенность и подлость. Желание славы и денег. Поиски старого клада. Неминуемость расплаты или безнаказанность.

Всё это наполняет книжные страницы, создавая  особый мир, вовлекая в человеческие судьбы  и заставляя ощущать сопричастность.

Стилистически роман чем-то близок  уральским сказам Бажова с поправкой на местность.

Интересен образ старухи Судьбы, которая является  героям романа мимолётным видением, даёт указания, но всегда оставляет право выбора.

Оценка 5/5

13. Действие в другом времени
14. Действие в глуши/деревне
47 - 52. Действие в... Сибири

На Камчатку по земле и по морю

23. Герои покоряют новые земли
Арсений Семёнов «Землепроходцы»


Книга Арсения Семёнова о том, как Камчатские земли «были приведены под руку государеву», наполнена героикой и лиризмом, патриотическим пафосом и этнографическим колоритом.

Наряду с вымышленными персонажами в книге выведены образы и реально существующих людей.

Автор погружает в мир камчадалов, коряков, ламутов и «служилых казаков».

Преданность делу, благородство и стремление отыскать земли доселе нведомые соседствуют с корыстолюбием и вероломством.

Семёнов рисует своих героев людьми живыми, подверженными слабостям и соблазнам, способными ошибаться и искупать вину.

Интересны взаимоотношения между казаками и коренными племенами, населяющими Камчатку, где вражда и дружба тесно переплетаются.

Яркий образный язык, внимание к деталям делают чтение увлекательным.

Есть некоторая недосказанность, поспешность в эпилоге, но это объясняется тем, что автор заканчивал книгу в последние часы жизни, зная, что ему осталось недолго.

Оценка 4,5/5

Алексей Иванов «Тобол: Много званых», «Тобол: Мало избранных»

40. Реальная история
41. Исторический детектив или проза, драма


         Нелегко написать рецензию на этот двухтомник, тут или пересказывать и отчаянно спойлерить, или ограничиться краткой оценкой.
         Большой объем, масса героев и сюжетных линий, исторических персонажей и исторических же фактов, не говоря уже о большой массе названий и явлений, вовсе незнакомых и непонятных для человека, выросшего на Юге – урема, урман, чилига, подскора, тайджи, нойон, даотай, заргучей, дряселоватый…
       Очень долго и очень трудно читала я «Тобол», второй том занял почти 1.5 месяца. И вот,  не прошло и недели,  а мне хочется взяться да и перечитать спокойно, не следя уже за сюжетом, только за тем, как он реализован. Сначала ведь читаешь про «что», а в следующие разы – «как».
      Collapse )

Киммерийское лето (BCh-30)

30.  "Книга выбранная по названию".
Ю. Слепухин Киммерийское лето



В процессе чтения было столько эмоций, мыслей, казалось, что писать-не переписать отзыв.
Теперь вот сижу в растерянности перед монитором.
Книга очень понравилась, очень.
Безусловно, талантливый писатель.

То, как он описывает Москву в разные времена года (действие начинается в мае, заканчивается книга апрелем), почти заставило меня плакать. Я очень люблю Москву, и скучаю по ней, но не так, как по другим местам и людям, это какая-то другая тоска, такая нутрянная, бессознательная, как у младенца - депривация из-за отсутствия материнской ласки.

Прекрасен и Крым - местами Киммерия, просто чувствуешь раскаленное марево воздуха, степной дух, сутолоку бестолковых людей-отдыхаек.

«Киммерийское лето» - непостоянство фортуны, делающее бренными земные радости. Слишком все изменчиво, кратковременно, обманчиво»...
Таким вот киммерийским летом оказалась любовь 16-летней Ники Ратмановой и 30-летнего археолога Дмитрия Игнатьева.
Действие книги начинается в Москве. Есть такая девочка Вероника Ратманова, ей 16, она почти закончила 9 класс, за окном май, учить физику совсем не хочется, и она прогуливает школу. И теряет портфель в Москва-реке.
Никин папа работает в министерстве. Малоприятный тип - холеный такой барин.
Мама работает в ведомственной многотиражке. Она типичная мещанка с претензией на вкус.
Ребенка своего родители не знают и, пожалуй, и знать не хотят.
У Ники есть друг, Андрей, сын ее классной Татьяны Викторовны. Андрей - будущий художник. Он весь в искусстве, он безапелляционен, он пытается "сделать человека" из Ники, он не любит, в общем-то женщин, типичный мизогин.
Думаю, что 16-летний Андрей - альтер-эго автора. И не смотря на то, что я феминистка, а, автор, выходит, мизогин и шовинист, мне все равно нравится книга!
Ника мучается, она не знает, чего она хочет в будущем, она не знает, какая она. А впереди лето. И поездка с сестрой Светой - холодной бездушной язвой, ее мужем и их коллегой на папиной волге в Крым.
Где-то в раойне Феодоссии волга не вынесла испытаний. И доблестную четверку туристов подбирает чудо-юдо-машина, лиловый "конвертибель", на котором археолог-завход Витенька Мамай едет к месту раскопа. Он подбирает неловких туристов, обещает помочь с ремонтом. В итоге, Ника остается в лагере. И знакомится с руководителем - Дмитрием Павловичем Игнатьевым, без пяти минут доктором наук из Ленинграда. Он холоден, отчитывает Нику по поводу и без, отчего девушка страдает и мается недоумением.
А потом, благодаря купидону Мамаю, они оказывается одни на экскурсии по крепости. И набравшись смелости, Ника спрашивает: "Как же так, что я сделала, что Вы так сердитесь на меня? Я сказала что-то не так?".
И вот тут-то Дмитрий, без жеманья и ломанья признается в своих чувствах к своей Никион - так он в мыслях зовет Нику. Ведь от Ники нет уменьшительного, но есть чудесный греческий вариант - Никион, как ласкательное от Береники.
Ника смущена, но с достоинством принимает признание взрослого мужчины.
Вот тут у меня когнитивный диссонанс просто. Об отношениях Ники и Дмитрия знает масса людей, от Мамая начиная до ее родителей, классного руководителя и т.д. И ни у кого никакого протеста, возмущения, ведь Нике всего 16. Да и "любви" их всего 4 недели. Вот они, благословенные 70-е, видимо.
А дальше Ника в Москве, Дима в Ленинграде. Звонки и письма.
Нике возвращают ее портфель, между делом рассказывают историю о каком-то Славике Ратманове с Урала, который вырос в детдоме, а в 16 лет узнал, что его родители живы, просто отказались от него.
Ника рассказывает историю маме, не замечая, КАК маме стало дурно. Мама избегает Нику и уезжает с отцом в круиз. А Ника думает, думает... и звонит Свете. И узнает, что Слава - ее брат, про которого ей сказали, что он умер в войну. Что это не сын отца, мама "нагуляла" его, и условием возвращения отца в семью был отказ от ребенка. Ника в шоке. Ее мир перевернулся. Как же Достоевский с его "слезой ребенка"?
Ника звонит Диме, сообщает об отъезде и уезжает искать Славу в Новоуральск.
Дальше много всего, закончившееся попыткой суицида Никиной мамы.
И расставание Ники и Димы, конечно.
В промежутках всего этого Андрей, который осознает свое чувство к Нике. И мама Андрея, в которой мать страдающего сына борется с педагогом. И педагог побеждает.
И мысли Ивана Афанасьевича, отца Ники, который за собой никакой вины не ощущает, ведь "вырос же парень, все у него есть, а что в детдоме - так я семью клеил".
И мысли пустоголовой Елены Львовны, которая "я так любила Ивана, что не могла допустить, чтобы нежеланный ребенок нас разлучил".
И много еще всего.

Автор отлично раскрывает персонажей. И Нику с ее метаниями, недоумением, бескомпромиссностью и любовью. С ее взрослением.
И родителей ее.
И Андрея, который то такой взрослый-позитивный, то вдруг противный маленький щенок, то все-таки почти мужчина.
И Диму. Который сначала принц-принцем, все-то знает, понимает. А потом ведет себя как трус. И то, что он дружелюбно был настроен к людям, которые ребенка в детдом сдали - это тоже ему минус.

В общем, я под большим впечатлением. Книгу ни в какие рамки загонять не хочется, поэтому не пишу другие категории.
Отдельно хочу отметить, что книга очень бытописательная, все эти бадлоновые куртки и какие-то кружки-радио-торты - это очень интересно. И есть привязка к реальным датам.